Интервью с художественным руководителем театра Николаем Черепановым

«Царицынская опера» сегодня в лучшей форме

Драматический тенор Николай Черепанов выступал на сценах Европы, Америки, Канады, работал солистом московского театра «Новая опера». Заслуженный артист РФ, заслуженный артист Украины всегда исполнял ведущие, сложные партии. Сегодня Николай Черепанов является художественным руководителем театра «Царицынская опера», обучает талантливых солистов, приглашает ярких режиссеров для новых постановок.

Из политеха в консерваторию

– Николай Георгиевич, как становятся оперными певцами? Наверняка не знали, что вам уготована судьба успешного артиста, который объездит весь мир и будет играть ведущие драматические партии мировых произведений.

– Я пел с детства, играл в самодеятельности и с 5-го класса ходил в кружок духовых инструментов при школе. После поступил на химико-технологический факультет политехнического института в моем родном Омске. И вот однажды с другом шел мимо Дворца культуры «Нефтяников» и нас пригласили прийти в хоровой кружок. Сам руководитель предложил, аргументируя очень правильно: «У нас много девушек хороших, приходите!». При прослушивании меня определили в вокальный кружок. Отсюда и начался мой профессиональный путь музыканта. Я поступил в музыкальное училище и поначалу совмещал с политехом. Но потом решил сконцентрировать мои усилия только на творчестве. Не окончив училище, рискнул и поступил на вокальный факультет Ленинградской консерватории им. Римского-Корсакова (класс профессора Б.М.Лушина). Работал в Омском, Свердловском, Одесском оперных театрах.

– Как вы попали в Волгоград, ведь длительное время вы успешно работали в Одесском оперном театре, получили там звание заслуженного артиста Украины.

– После развала СССР оставаться на Украине было тревожно. К тому же у нас с супругой Еленой Барышевой родилась дочь и помощь ее родителей, которые проживают в Волжском, оказалась как нельзя кстати. Так в 1996 году мы переехали в Волгоград и стали солистами тогда еще Волгоградской оперной антрепризы. С 2002 года одновременно работал приглашенным солистом Московского театра «Новая опера». В обоих театрах исполнял ведущие роли, которые свойственны моему голосу.

Любимые роли и авторы

– У вас многогранный репертуар, а есть ли любимые роли, которые вам близки по психо-эмоциональному состоянию?

– Пожалуй, одной из ярких и любимых является партия дона Хозе в опере «Кармен». Драматический сюжет, характер голоса холерического плана, прекрасная музыка Жоржа Бизе. Успешно исполнял эту роль более 200 раз на русском языке на сценах разных театров. Мне нравятся многие партии, которые я сыграл. Так в опере Руджеро Леонкавалло «Паяцы» роль Канио исполнял около 300 раз. Много раз пел партию Каварадосси из оперы Джакомо Пуччини «Тоска», роль Германа в опере Петра Чайковского «Пиковая дама». Исполнял роль графа в опере Вольфганга Моцарта «Свадьба Фигаро», Радамеса в опере Джузеппе Верди «Аида», князя в «Русалке» Александра Даргомыжского, Водемона в «Иоланте» Петра Чайковского.

– Николай Георгиевич, были ли ситуации, когда вы отказывались от ролей в силу разных причин?

– Да и обоснованием служила формулировка: «Это не моя партия». В силу характера моего голоса я не могу исполнять лирические роли. Все же технически мой репертуар – «крепкий», драматический.

– Современная мировая практика предпочитает исполнение опер на языке оригинала. Насколько сложно выучить партию на иностранном языке?

– Приятнее всего петь на итальянском языке, который известен своей ритмичностью, мелодичностью и благозвучностью. Сложнее выучить роль на французском. Немецкий язык более грубый, слова приходится как бы «выплевывать». Я учил роль даже на китайском языке, было очень сложно. Могу сказать так: партию на русском языке изучают в среднем 2 месяца, на итальянском – 4 месяца, на французском – 6 месяцев, а на немецком – еще дольше. Итальянский, украинский, русский языки являются самыми мелодичными.

– С гастролями вы объездили весь мир. С какими сложностями встречаются оперные певцы при выступлениях на сценах других театров?

– Одной из самых серьезных проблем является разница во времени. Голос живет по своему расписанию. Его сложно заставить «работать» в непривычное время. С утра он еще, а вечером уже спит. Поэтому многие певцы прописывают в своих контрактах время выступления, многие отказываются петь после 11 вечера. Выход в таких ситуациях один – петь в неполную силу, иначе сорвешь весь аппарат. За границей за голос и физическое состояние каждого артиста отвечает специалист по страхованию, который находится поблизости во время выступления.

– И не мудрено, ведь для оперных певцов голосовой аппарат – это главный рабочий инструмент, если можно так выразиться.

– Можно. Давно известно, что за час пения тратится столько энергии сколько за семь часов у штангистов или тяжелоатлетов. У каждого артиста свои вокальные ресурсы. Показательным является то, сколько партий в день сможет спеть солист и насколько сложными они являются. Например, партию Туридду из оперы Пьетро Масканьи «Сельская честь» и партию Канио из оперы «Паяцы» Руджеро Леонкавалло смогут исполнить единицы.

Физическое утомление и эмоциональное выгорание

– Николай Георгиевич, в путешествиях бывают разные ситуации, что вспоминается как забавное или не очень…

– Еще работая в Одесском оперном театре, направлялись на гастроли в Грецию. Предстояло проделать путь в город Пирей на парусном судне. Мы попали в жуткий шторм на 8 баллов, который бушевал в течение трех дней. Нас болтало, качало очень сильно. Когда мы приплыли на берег, то вестибулярный аппарат продолжал находиться в подвешенном» состоянии, а нас сразу репетиция. Зал холодный +7 градусов, состояние ужасное. Я простудился тогда, петь было сложно, но все обошлось. Потом еще долго не мог ничего есть. Для меня это был урок, что плавать нужно только на тяжелых кораблях.

Из того же Одесского театра ездил на автобусе в театр Карла Феличе в Генуе в Италии. Путешествие было не простым, ночевали по пути в гостиницах. И у моего партнера пропал голос... Это был совместный проект с Большим театром, играли оперу Чайковского «Орлеанская дева». Я исполнял роль Карла XII, а это семь спектаклей и репетиции каждый день. Чтобы сберечь силы во время репетиций старался петь в неполную силу, благо акустика в театре была великолепной и голос звучал. 10 дней пролетели, гастроли прошли очень успешно. И я тогда сделал для себя вывод о том, что экономия сил помогает распределять энергию и сосредоточиться главным образом на спектаклях. Пение – это колоссальное физическое напряжение, приводящее порой к эмоциональному выгоранию. Только яркое выступление может затронуть сердца зрителей: чувства и эмоции, которые вызывает музыка благодаря выразительному пению. Даже при технически верном исполнении зрители услышат выступление – «подделку» в случае отсутствия настоящих эмоций, переживаний певца.

«Кормить» голос

– Николай Георгиевич, чаще всего тенора невысокие и не крупного телосложения, чего не скажешь о вас...

– В силу физиологии голоса тенора чаще всего маленького или среднего роста. У них короткий голосовой аппарат (инструмент), соответственно петь верхние ноты им проще, чем тенорам высокого роста у которых трахея (голосовой аппарат) длиннее. Я вопреки теноровой природе высокий и крупный, в силу этого у меня значительный запас энергии и редко встречающийся в природе – драматический тенор. Со временем голос претерпевает изменения, «крепчает» с возрастом. Мне уже пора переходить от героев-любовников к ролям отца. От драматического тенора к баритону, чтобы продлить свою творческую жизнь.

– Вот почему совсем недавно вы выходили на сцену в роли Эбн-Хакия в опере «Иоланта» П.И. Чайковского, а не Водемона как прежде. А какую роль не удалось сыграть, но очень хотелось?

– Отелло в одноименной опере Дж Верди. Я просил эту роль в «Новой опере» в Москве. Однако режиссер не нашел второго драматического тенора мне на замену. По этой причине постановка не состоялась.

– Николай Георгиевич, есть такое выражение «кормить» голос и утверждение, что оперные певцы едят много для того, чтобы иметь силу и звучный голос.

– Действительно, оперному певцу нужно много энергии. Пение – это работа мышц живота, диафрагмы, межреберных и других мышц. И чем больше масса тела, тем больше диафрагма, тем звук мощнее. Однако есть предел, при котором этот принцип уже не срабатывает.

– А есть ли какая-то диета, которая позволяет поддерживать голос в хорошем состоянии?

– Самое лучшее – это есть отварное мясо. Но и макароны, и бифштексы, и котлеты и другие традиционные блюда подойдут. Главное, чтобы рацион был составлен правильно. Особенно много энергии нужно тенору и сопрано, а вот басу не нужно есть много.

– А с алкоголем как обстоят дела? Нужно ли для «храбрости» или для снятия напряжения выпивать?

– Крепкие алкогольные напитки исключены, так же как слишком горячее, холодное, острое. Нужно беречь голос перед выступлением. Нельзя есть шоколад, орешки, ходить в горячую баню, поскольку голос может просесть. Не рекомендуется пить газированные напитки, поскольку пузырьки остаются на трахее. Много разных ограничений. Для лучшего звучания есть определенные секреты, к которым прибегают в случае необходимости – внутривенно вкалывают глюконат кальция или адреналин на связки. Но самое главное – это правильное питание, физические нагрузки и здоровый сон. А алкоголь можно, но только после всех выступлений.

Режиссерские интерпретации

– Сейчас вы преподаете сольное и камерное пение в Волгоградской консерватории им. П.А. Серебрякова. Делитесь опытом и ищите таланты для своего театра?

– Именно так. Мои достижения – это талантливые ученики, среди которых Ирина Тесленко, Максим Орел, Кристина Ладыгина. Все они сейчас вокалисты театра «Царицынская опера». Важным является подготовка в хорошей вокальной школе и энергетический ресурс самого артиста. От этого «тандема» зависит успешность творческого пути солиста.

– Какие основные направления важны для художественного руководителя театра?

– Я бы назвал три основных направления: расширение репертуара театра, привлечение к сотрудничеству разных режиссеров и постоянное совершенствование качества вокальных и музыкальных данных исполнителей, как певцов так и оркестрантов, а также артистов хора и исполнительской техники артистов балета.

– Недавно прогремела премьера оперы «Кармен», на очереди постановка сценической кантаты немецкого композитора Карла Орфа «Кармина Бурана» в виде некого синтетического сочетания жанров...

– «Царицынская опера» сегодня активно экспериментирует с репертуаром. И главная цель любой постановки – максимально передать смысл музыкального произведения, созданного композитором. Для достижения используются разные приемы, как это было в опере «Кармен», где визуальное решение было оригинальным, не классическим. Поэтому интерпретации режиссера могут быть оправданы и приблизить произведение к современным зрителям. На моих глазах происходило развитие «Царицынской оперы» и могу с уверенностью сказать, что последние четыре года при руководстве Леонидом Пикманом театр стал активно жить и развиваться.

 

Анжела Буцких

События театра
Информационные партнеры

Информация