Юлия Почкалова: «Горжусь быть солисткой театра «Царицынская опера»

Юлия Почкалова: «Горжусь быть солисткой театра «Царицынская опера»

Ведущая солистка театра «Царицынская опера» Юлия Почкалова всегда находится в центре внимания, на ее страницах в социальных сетях разгораются настоящие страсти, а на спектакли и концерты с ее участием приходят сотни поклонников. Без участия Юлии Почкаловой не обходится ни одно значимое мероприятие в городе и регионе, солистка задействована во всех значимых ролях репертуара театра «Царицынская опера». Юлия – известный блогер, успешно подогревающий интерес не только к собственной персоне, но и в целом к оперному искусству.

Всё началось с фортепиано

– Юлия, расскажите, кто первый разглядел ваши способности и привил любовь к музыке и сцене? Где вы занимались, что закончили?

– Родилась я в городе Махачкала (республика Дагестан) в семье, где очень любили музыку. Музыка звучала в нашем доме всегда. У нас стоял инструмент – фортепиано, но на нём никто не играл. Я не баловалась как многие детки, когда видела эти чёрно-белые клавиши. Всегда с самого раннего детства относилась с каким-то трепетом и любовью к инструменту. В пять лет на удивление родителей я стала подбирать мелодии – все подряд, какие бы не услышала по радио или телевизору. Это была для меня какая-то игра. Уже в шесть лет меня привели в музыкальную школу, родители поняли, что моё будущее будет связано с музыкой. Было непросто учиться в общеобразовательной и музыкальной школе на фортепианном отделении. Но мои родные: мама, бабушка и дедушка делали всё, чтобы я училась и жила в комфорте, любви, нежности и заботе. Мамочке низкий поклон и по сей день, а бабушке и дедушке вечная память. Закончила я музыкальную школу с отличием по классу фортепиано, становилась лауреатом множественных конкурсов. Затем поступила в Махачкалинское музыкальное училище по классу специального фортепиано. Училась с огромной охотой у прекрасных педагогов, которых вспоминаю до сих пор. Посещала хор и вокал, но на тот момент я даже близко не рассматривала себя как певицу. Мне хотелось играть на фортепиано и я играла. Хотя уже на тот момент педагоги заметили мой голос, вернее его наличие и чистейшую интонацию. Для меня это было как бы в порядке вещей, я не знала как можно издавать интонационно нечистые звуки. В последние годы моего обучения в музыкальном училище в Махачкале открылся театр оперы и балета, куда меня пригласили на работу. Я даже спела маленькую роль сына Хочбара в одноимённой национальной опере. Но всё равно я никак не рассматривала себя как певицу. И вот подошло время государственных экзаменов. К нам приехал профессор Астраханской консерватории Леонид Николаевич Егоров, он был председателем комиссии на тот момент. Прослушав все госэкзамены, он настоятельно мне рекомендовал заняться певческой карьерой, академическим вокалом. Не жалея меня, он сказал, что я никогда не буду концертирующей пианисткой, в лучшем случае концертмейстером. Он отметил, что видит во мне солистку, лидера. Очень хорошо помню его слова… Сначала я плакала, поскольку очень хотела играть на пианино. Но как девчонке в 18 лет не поверить профессору? Чуткому, доброму, умному человеку. Я уже тогда разбиралась в людях, дар видимо у меня такой. И тогда я подготовила программу и поехала вместе с мамой в Астраханскую государственную консерваторию. Мне казалось, что все поступающие просто звёзды, я же чувствовала себя гадким утёнком. Мне хотелось сесть за рояль и сыграть, поскольку в этом занятии я была уверена. Прослушав меня, все в один голос сказали, что если и суждено мне учиться, то только на платной основе. Мы с мамой переглянулись и мысленно уже поехали домой в родную Махачкалу. Но тут появился мой спаситель, профессор, Заслуженный артист РФ, а в дальнейшем и мой муж Владимир Николаевич Белюсенко, который рискнул и взял начинающую певицу в свой класс.

– Какая судьбоносная встреча…

– Действительно, мне очень повезло. Профессор заявил во всеуслышание, что в самый кратчайший срок студентка покажет, что достойна учиться на бюджетной основе. Владимиру Николаевичу пошла навстречу вся кафедра, да и вся консерватория. Я даю себе отчёт, что это был очень большой риск, поскольку я не умела петь вообще. Мой будущий супруг увидел во мне потенциал, своим профессиональным чутьём он предугадал, что я буду петь, что я должна петь. Итак, с 1999 года я студентка Астраханской консерватории по классу академического вокала и оперной подготовки, класс профессора, Заслуженного артиста РФ Белюсенко Владимира Николаевича. Кстати, тогда очень ответственно относились к процессу обучения. Я прекрасно помню студенческие годы, было очень сложно. Сказать, что я старалась – значит ничего не сказать. Для меня было крайне важно оправдать доверие своего шефа. Порой у меня ничего не получалось, потому что я никак не могла себя представить певицей. Слёз пролито было много. Но, к счастью, я начала распеваться и верить в свои силы. Мой педагог радовался больше меня, мы занимались огромное количество часов. И вот уже на втором курсе я становлюсь лауреатом престижного на тот момент конкурса вокалистов среди студентов. И программа -то у меня была сложная...и пела я уже не так, как тот гадкий утёнок при поступлении, не хуже всех, а может даже и получше некоторых. И, такое счастье, что меня взяли в хор Астраханского музыкального театра. Это была следующая наша с учителем победа! Я находилась под его присмотром всегда, на тот момент он был ведущим солистом того же театра. Прекрасный баритон, исполняющий весь текущий репертуар. Я же работала в хоре, пела, уже полюбила свой голос и театр, начала служить великому искусству.

– Видимо после стали появляться первые сольные роли?

– Да, мне стали доверять малюсенькие сольные партии. Без устали работала все сказки, была Снегурочкой каждый новый год, постепенно набралось огромное количество ролей. Прошло время и я солистка, пела всех субреток, во всех идущих опереттах театра. Мне помогали все коллеги, все партнёры, высокие профессионалы, с которыми быть на одной сцене уже счастье. Кстати, спустя много лет мы поддерживаем тёплые отношения.

– Как развивались дальше события вашей жизни?

– Мы с моим профессором, учителем становимся мужем и женой, в 2003 году появился на свет наш сын Владимир Белюсенко. Не уходя в декрет, я продолжала работать, успевала всё и сразу: кормить, учить новые роли, петь спектакли. Огромное спасибо и поклон моей маме, которая и до сих пор приходит нам на помощь. Без неё невозможно было бы сделать всего того, что я смогла.

Переезд в Волгоград стал судьбой

– А как вы стали солисткой театра «Царицынская опера»?

– В 2007 раздался звонок от Михаила Александровича Панджавидзе. Будучи режиссёром Большого театра, он поставил в Астрахани множество прекрасных оперных спектаклей, в которых мой супруг имел честь исполнять все главные партии баритона, а я работала в хоре. И вот Михаил Александрович пригласил нас в Волгоград, где на тот момент он работал художественным руководителем и главным режиссёром театра «Царицынская опера». Михаил Александрович Панджавидзе сыграл в моей жизни очень важную роль, никогда этого не забуду. В театре «Царицынская опера», в моём теперь уже родном театре я состоялась как оперная певица. Но тогда, когда я только приехала, Михаил Александрович сказал, что я должна начинать петь оперу, но быть солисткой пока не готова. И от меня зависело с какой скоростью я буду развиваться. Я заручилась его поддержкой и доказала, что хочу и буду солисткой. Мой профессор, мой муж всегда мне говорил, чтобы я учила партии. Я выучила четыре партии: две из опер П.И. Чайковского – Татьяна из «Евгения Онегина» и Иоланту, Недду из «Паяцев» Руджеро Леонкавалло и Сантуццу из «Сельской чести» Пьетро Масканьи. Я распевалась, много занималась и меня перевели в солисты театра. Меня полюбила труппа «Царицынской оперы», меня приняли. Я полюбила своих коллег всей душой. Мы вместе и поддерживаем дружеские отношения, что так важно. Теперь я ведущая солистка Волгоградского государственного театра «Царицынская опера» и горжусь этим. Я благодарю судьбу и всех, кто мне помогает на моём жизненном пути. Моё развитие не останавливается ни на минуту. Мой супруг, профессор теперь уже Волгоградского института искусств и культуры всегда рядом и всегда помогает советом. Он научил меня петь и по сей день я нахожусь под его чутким руководством. Мне всегда везло и везёт на профессионалов, у которых я учусь.

– Стал ли Волгоград для вас родным, любимым городом?

– Город – это прежде всего близкие по духу люди и любимая работа. В Волгограде, в моём теперь уже таком любимом городе встречались и встречаются прекрасные люди, которые мне помогают бескорыстно и от всей души. И я всегда благодарна. Я ценю настоящие дружеские отношения, горжусь ими. Теперь уже сама помогаю в меру своих возможностей, тем кто этого достоин. А мой театр – самый лучший. На сегодняшний день «Царицынская опера» является одним из самых любимых театров всех волгоградцев и гостей города. Хочу отметить директора «Царицынской оперы» Леонида Пикмана. Он делает всё для того, чтобы наш театр был на самом высочайшем уровне. И у него это прекрасно получается. Он наш лидер. Леонид Борисович – мощный руководитель, грамотный специалист, а также очень творческая личность. Он человек с бешеной харизмой и добрым сердцем. И мы одно целое, мы «Царицынская опера» – театр нового поколения. Мы любим и пропагандируем высокое оперное искусство. Ещё и ещё раз повторю,что люблю свой театр, в котором я стала настоящей оперной певицей, горжусь своим театром. Благодарю и кланяюсь каждому из своих коллег.

24 часа нужны для возвращения к себе

– У вас огромное количество ярких ролей, есть ли самые близкие, любимые, похожие на вас героини?

– С уверенностью говорю, что все мои партии, все мои роли – любимые. Я бы наверное иначе не смогла. Если я вижу, что партия не моя...я никогда её петь не буду. Зачем мучать себя и зрителя? Знаете как они всё чувствуют! Конечно, с особым трепетом всегда пою Татьяну из «Евгения Онегина». Это моя первая оперная партия… Я не могу сказать какая мне партия близка, а какая нет, на какую героиню я похожа и наоборот. Если я берусь за определённую партию, значит вы не увидите в ней Юлю, её не будет. Я погружаюсь в образ полностью, даже внешне становлюсь не похожей на себя. Похожа ли я на какую-нибудь из своих героинь? Нет, я не похожа ни на кого… Может небольшие параллели и можно провести...но нет. Я – это я. Но на сцене я могу прожить любую жизнь. Вы знаете, мне это делать совсем не сложно. Я перевоплощаюсь мгновенно. Но после спетой и сыгранной партии мне нужно ровно 24 часа полного уединения, чтобы прийти в себя. Мои домочадцы уже в курсе всего происходящего. И с радостью идут мне навстречу.

– Юлия – актриса и Юлия – женщина, есть ли тонкая грань, разница в вашем мироощущении…

– В жизни я совсем другая, нежели на сцене. Перед спектаклем я не разговорчива, не люблю суеты и громких звуков, избегаю излишнего общения, я просто другой человек, я не Юля, я та героиня, которая будет сейчас проживать свою судьбу. А вот когда спектакль подошёл к концу, когда я сняла грим и переоделась, я уже та самая Юля, которая громко и много смеётся, постоянно улыбается и шутит. Да я возвращаюсь к своей жизни, от той героини, которая во мне жила ещё несколько минут назад, и от неё не остаётся и следа. Но как я уже говорила, всё же на полное восстановление после спектакля мне нужны те самые 24 часа. Так как в образ я погружаюсь полностью, без остатка. Иногда скажу вам честно меня это пугает. Перевоплощение проходит такое стремительное, на грани мистики. Тонкая грань между мной и моими героинями конечно же присутствует, иначе быть не может. Мы женщины, мы любим, нас любят, мы теряем, нас теряют...конечно общего много. Разница в мироощущении безусловно присутствует. Не всегда я согласна с поступками своих героинь, когда только вхожу в образ. Но я никогда не играю на сцене, не лгу и не терплю фальши, проживаю всю судьбу героини от начала и до самого конца, поэтому нахожу ей оправдание, ведь это и моя жизнь… В реальной жизни мы всегда себя оправдываем, не так ли...? В жизни игры тоже не терплю, стараюсь не лгать, так как до добра это не доводило ещё никого, если я люблю, то я об этом говорю, если нет, то я тоже об этом скажу обязательно. Если мне что-то нравится, я обязательно похвалю и скажу доброе слово, но если нет, не скажу ничего, лучше промолчу, чтобы не обидеть. Чувство такта меня не покидает никогда.

Любимые партнёры и курьёзные случаи

– Вы сыграли огромное количество ролей, с разными партнерами. И к каждому из них нужно найти подход, спеться... Насколько это сложно?

– Действительно это так. На сегодняшний день я являюсь острохарактерной, как меня называют, актрисой. Я имею немалое количество спетых ролей и партий. Партнёров по сцене у меня очень много. И так складывается карьера, что мне всегда везло. Ещё ни с одним из своих партнеров я не испытывала неудобств на сцене. Все они такие разные, с каждым из них я разная, но это и есть то удовлетворение от жизни на сцене, которое должен испытать каждый актёр. Если случается так, что партнеры не находят общего языка, если им трудно вместе петь, если они не чувствуют друг друга, то это уже не творчество, это настоящая мука. Я в свою очередь благодарю каждого своего партнёра по сцене, ведь с каждым из них мы проживаем маленькую отдельную жизнь. Люблю каждого и буду стараться не разочаровывать в дальнейшем творческом процессе. А ещё все мои партнёры являются моими друзьями в реальной жизни. И я очень этим горжусь. Рада, что у каждого из них тоже можно чему-то научиться. Счастье иметь таких коллег.

– Юлия, у каждого артиста есть свои курьёзные случаи... Расскажете некоторые из них?

– Очень хочу вспомнить случай, который произошёл со мной в Астраханском музыкальном театре. Приехала режиссёр из Большого театра Наталья Петровна Красноярская, вечная ей память, никогда не забуду прекрасного ещё одного моего учителя. Она приехала на постановку оперетты И.Кальмана «Принцесса цирка». Я была назначена на роль Мари. Эта партия уже была гораздо серьёзнее мною спетых зайчиков, котиков, лисичек и прочих весёлых персонажей в сказках. С какой радостью, с каким азартом, с каким рвением я подошла к этой своей роли, в которой мне нужно и петь, и танцевать, и говорить. Но вот приходит время постановки танца в дуэте Тони и Мари. Танец замечательный, яркий, красивый...но мне даётся с огромным трудом. Занимаюсь днём и ночью, но никак не могу запомнить движения. Всё так органично и казалось бы просто...но в моей голове, в ногах и в руках ничего не укладывается. Проходит время и вот я уже всё могу, из меня вылепили настоящую Мари. На премьерном спектакле волнение и трепет дикие, хотя настолько всё было профессионально поставлено, настолько всё было готово, что тряски быть-то и не должно. Но я только начинала выходить на серьёзные партии. И я не боялась петь, не боялась забыть текст, партнёры были самого высокого класса, способные спасти в любой ситуации. Но я боялась за танец!.. И у нас в театре жила кошка, которую мы все любили. И вот это милое создание выходит прямо тогда, когда начинается мой танец… Животное вышло демонстративно на авансцену и смотрело, не моргая прямо на меня: на руки, ноги, на все мои телодвижения. Я была как на экзамене, забыла про публику и чувствовала только оценивающий взгляд кошки. Я пела и танцевала как в последний раз. Смех в зале был гомерический. Но это было так всё в кассу, что овации после нашего дуэта не смолкали очень долгое время. Это был звёздный час! Даже не пойму мой или этой нашей грациозной кошки? Я так хотела вынести на поклон кошечку, но она куда – то убежала на тот момент. Ещё один случай, который произошёл со мной уже здесь в Волгограде, в «Царицынской опере». На одном из концертов с одним из моих партнёров мы пели дуэт Дон Жуана и Церлины из оперы В.А.Моцарта «Дон Жуан». И вот уже подходит наша очередь буквально через номер. Но тут я слышу вступление, как мне почему-то показалось на тот момент нашего дуэта и я выпорхнула на сцену. Когда обернулась – мой Дон Жуан стоял в кулисах, он понял, что партнерша поспешила... Выхожу, а номер-то и не наш, номер-то балетный... А я стою вся такая готовая Церлина и тут мне навстречу выходит наш балетный Премьер, который мягко говоря был не рад увидеть солистку-вокалистку. Мы друзья в жизни очень близкие, но что-то пошло не так в тот момент (была лишняя в этом номере) и глазки великолепного солиста балета блестели очень ярко и зловеще. Я красиво поклонилась ему и очень как мне показалось по балетному удалилась, пока он меня не унёс от греха за кулисы. Я была как белая лебедь, а может чёрная...не знаю...но чувствовала себя именно так. Хохот стоял в кулисах нереальный. Сначала была зловещая тишина, все ждали, чем же этот мини спектакль закончится, потом народ не выдержал...смеялись весь номер, пока наши балетные коллеги танцевали. Понял ли зритель зритель, что произошло? Не знаю. Но надеюсь до сих пор, что им понравился маленький дуэт солистки оперы и солиста балета. Когда же пришло время петь дуэт, я думала, что мы с партнёром не выйдем. Просто не сможем петь, так сложно было сдержать смех. Но всё было отлично. Оркестр заиграл наше вступление мы вышли и запели. Дуэт комичный и спели мы его более чем здорово, наверное как никогда.

Карантин отменил поездки и активировал другие направления

– На каких языках вы исполняли роли? Были ли сложности в изучении их на иностранных языках...

– Очень люблю петь на языках оригинала, это всегда создаёт тот или иной колорит. Сложности конечно есть всегда. Это касается и количества времени, которое уходит на выучку партии или отдельной композиции, написанной не на родном языке. Начинаются трудности в произношении, которое тоже требует выучки и в понимании того, о чём поёшь. Я всегда всё стараюсь переводить дословно, чтобы точно знать – о чём идёт речь. Но все эти сложности меня никогда не пугают, они меня увлекают и заводят. Я люблю петь на разных языках. Мой любимый язык это английский, ну, конечно, после родного русского. Все оперы в основном поем на итальянском, но английский я знаю и понимаю лучше.

– Расскажите о ваших проектах, в которых удалось принять участие и тех, что сорвала пандемия...

– Рада, что благодаря моему другу, учителю и наставнику Рустему Галичу (знаменитый режиссёр, актёр, продюсер из Нью-Йорка) до пандемии успела съездить на гастроли в Ригу и Калининград. Мне выпала честь работать с ним вот уже не один год. Этот человек раскрыл меня как драматическую актрису. Помогает и обучает меня по сей день. Мы планировали полететь в Торонто, а позднее в Америку, Рустем пригласил меня в свой театр в Нью-Йорке. Но, к сожалению, планы немного изменились по известным для нас всех причинам. Но, как я всегда говорю...огорчаться мы не будем и всё в этой жизни не просто так. Я знаю, что всё к лучшему, чтобы не происходило. Просто надо, чтобы прошло немного времени.

– Откуда вы черпаете энергию, как «наполняетесь» перед ролями?

– Моя энергия со мной всегда. Я научилась тратить её дозированно. А дозы у меня немалые! Восстанавливаюсь быстро благодаря режиму, спорту и наверное любви, которая со мной всегда, чтобы я не делала. Ещё раз повторю, мне не сложно входить в образ.

– Как вам удается поддерживать спортивную форму. Чем занимаетесь и когда?

– Спортом занимаюсь всегда. Нет времени или желания идти в зал – занимаюсь дома. Тяжеленький обруч мне в помощь, прокачка пресса и, конечно же, мой любимый Бодифлекс (система дыхательных упражнений, соединенная с упражнениями на растяжку). Занятия быстро приводят меня в хорошее состояние души и тела. Не позволяю себе плохо выглядеть. Пока я на сцене, я просто обязана нравиться и быть интересной зрителю. Я должна соответствовать требованиям сцены и экрана.

Всё нужно делать с любовью, даже вести соцсети

– Кто вас поддерживает и вдохновляет?

– Поддерживают меня во всём и всегда члены моей семьи. Эти люди никогда не предадут, льстить не будут, а скажут так, как оно есть на самом деле. Упасть не дадут, ну, а если споткнусь – поддержат. Служба в театре, коллеги – это неотъемлемая часть моей жизни. А жизнь – это моя семья, это моя любовь.

– Какую любите музыку, что слушаете и поете по настроению?

– Пою и люблю разную музыку. Что не очень получается – рано или поздно всё равно довожу до того уровня, который начинает меня удовлетворять. Музыка для меня это всё! Она со мной 24 часа в сутки. Разная: и опера, и оперетта, и камерный репертуар, и эстрада. А благодаря пандемии вообще начала стремительно развиваться. Не люблю стоять на месте.

– Какие роли мечтаете сыграть?

– Очень мечтаю спеть две партии (я их уже упоминала). Это Недда из «Паяцев» Леонкалло и Сантуцца из «Сельской чести» Масканьи. И, конечно, это не предел мечтаний, предела у меня не будет никогда...

– Вы активно ведете социальные сети, вы одна из самых ярких в нашем городе актрис, которые не боятся показаться в самых разных образах из реальной жизни. Помню ваши карантинные хроники, в том числе как вы пекли куличи и пели. Как находите время и идеи для всего?

– Спасибо! Да, мне это нравится, время находится само собой, специально ничего не выверяю. Люблю своих интернетзрителей, своих подписчиков и друзей. Сейчас пришло такое время, когда только благодаря интернету, мы можем слушать и смотреть спектакли и концерты со всего мира. Я уже давно поняла, что зрители меня любят, что меня хотят видеть и слышать. И я с удовольствием стараюсь не разочаровывать их. Пела и буду петь – как со сцены, так и с экрана любого гаджета. Людям нужна музыка, нужно искусство...Так вот я буду радовать зрителя всегда, какие бы условия нам не диктовало данное время. У меня нет специального плана домашних выступлений, всё приходит в голову как-то спонтанно. Может быть поэтому это и интересно. Вот сейчас смотрю, что ж я там творила-то? А действительно смешно, задорно, радостно. А потому что делаю всё всегда с любовью или не делаю вообще. Зачем из себя что-то выдавливать, если нет чувства к происходящему, не надо ничего делать без любви. Кстати, это – мой девиз. Я в свою очередь благодарю всех за внимание к моей скромной персоне. Всех люблю и уважаю. Приглашаю на все свои спектакли и концерты, где бы я не выступала. Ну, а на сегодняшний день жду всех на своих страничках соцсетей. Всем спою. Отвечу на все вопросы. Подписывайтесь. Не стесняйтесь! Я всегда на связи! Всегда рядом!

 

Беседовала Анжела Буцких

События театра
Информационные партнеры

Информация